Шановні автори!
Ми переконані, що ідеї можуть змінити цю країну лише коли вони публічні. Поділіться своїми думками з інформаційним простором. Надішліть свою ідею за адресою nideya@nideya.org.ua.
Ви можете також розмістити свої міркування на сайті самостійно. У вигляді окремого матеріалу або коментаря. Для цього потрібно зареєструватись та увійти до системи як дописувач. Після перевірки модератором текст буде доступний загалу.
Дякуємо за ваш час!
Інститут вивчення України
Новое в стратегии десятилетия…
Давно известно, что различия в уровне экономического развития разных стран и народов объясняются не только «факторами производства». Культура имеет значение, и Макс Вебер еще в конце XIX века объяснял успехи капитализма протестантской этикой его главных героев, которая склоняет ее носителей к «предпринимательской аскезе». Дело, конечно, не только в протестантизме - экономические успехи конфуцианской Азии или католической Испании заставляют искать более универсальное объяснение.
В своей новой работе экономисты Луиджи Зингалес, Паола Сапиенца и Луиджи Гуизо вводят понятие civic capital, то есть «гражданский капитал», показатель гражданственности. Под гражданственностью исследователи предлагают понимать «устойчивые и широко распространенные в обществе представления и ценности, которые помогают данной группе преодолевать «проблему безбилетника» (нежелание тратить собственные ресурсы на достижение публичного блага. - Forbes), когда это нужно в общественно полезных целях». В принципе «гражданский капитал» - это один из вариантов концепции «социального капитала», предложенной еще французским социологом Пьером Бурдье. Однако именно такая формулировка, по мнению Зингалеса с коллегами, лучше всего позволяет вычленить те элементы неуловимого культурного фактора, которые важны для экономического развития, и попытаться их измерить.
Дело не в том, что формулировка именно этих трех экономистов наиболее удачна, а в том, что, как они сами отмечают, тема крайне популярна - новые работы, авторы которых пытаются оценить влияние культуры на экономику, появляются одна за другой. Материалом для них являются, как правило, опросы, проводимые параллельно в разных странах, в ходе которых участников спрашивают, доверяют ли они согражданам, готовы ли при случае уклоняться от уплаты налогов, лгать или брать взятки, и т. д. Реже исследователям удается получить в свое распоряжение данные, отражающие реальное поведение людей, а не их версию того, как бы они повели себя в гипотетической ситуации - самым известным, пожалуй, примером, здесь является ставшая уже легендарной работа Рэя Фисмана и Теда Мигеля о нарушениях иностранными дипломатами правил дорожного движения в Нью-Йорке. Еще реже используются эксперименты, когда группам специально отобранных добровольцев предлагают сыграть в ту или иную групповую игру. Во всех этих случаях в фокусе внимания - готовность людей следовать установленным обществом правилам поведения или сотрудничать друг с другом для достижения каких-то общественных целей, когда для этого надо отказаться от какой-то краткосрочной личной выгоды.
Влияние подобных культурных факторов - будь то «доверие», предложенная Зингалесом и коллегами «гражданственность» или какие-то другие формы социального капитала - на экономическое развитие общества можно считать доказанным. Если бы в Африке уровень доверия был бы таким же высоким, как в Швеции, то, по некоторым оценкам, объем ВВП на Черном континенте был бы на 546% выше, чем сейчас, а России и Мексики - примерно на 60%. Цифры эти, конечно, не стоит воспринимать слишком серьезно, но какая-то реальность за абстракцией «гражданственности и доверия» явно стоит. Например, такие индикаторы гражданственности, как готовность сдавать донорскую кровь (в порциях сданной крови на миллион жителей) или явка на референдумах, меняются в Италии от региона к региону практически параллельно - и разумеется, на севере оба показателя выше.
Что мы понимаем гораздо хуже, так это почему страны и регионы различаются по своему уровню «гражданственности». Самые высокие показатели доверия в обществе, вполне предсказуемо обнаруживаются в Дании, Швеции, Норвегии, Нидерландах; столь же предсказуемо в Японии - и менее предсказуемо, но в ретроспективе объяснимо в Иране и Китае, а также в Белоруссии. Россия, где доверять другим готовы 24% жителей, вполне предсказуемо оказывается между Албанией и Грецией, но почему-то выше Сингапура, Эстонии, Франции и Израиля. Во всех этих случаях, впрочем, предсказуемость эта мнимая: задним числом мы, конечно, можем придумать сколько угодно объяснений, почему уровень доверия Швеции высок, а в России низок, но никакой всеобщей теории на этот счет у нас нет. Существуют исследования, увязывающие, например, уровень гражданственности с такими показателями, как уровень грамотности в конце XIX века или степень вовлеченности граждан в самоуправление три-четыре столетия назад. Но всем им можно предъявить серьезные методологические претензии: мы и сегодняшнее-то состояние политических институтов в разных странах умеем измерять лишь весьма приблизительно, а попытки сделать это в ретроспективе и вовсе больше похожи на беллетристику.
Но, наверное, главная проблема в том, что мы не понимаем, что нам делать с полученным знанием. Да, допустим, как это утверждают исследователи, наличие авторитарного опыта в недавней истории страны снижает уровень гражданственности, как, кажется, снижают его этническая или языковая разнородность населения и принадлежность к иерархическим (таким как католичество или православие) конфессиям. Однако историю не перепишешь: какие-то практические рекомендации из этих фактов вывести сложно. Тем более, что «гражданственность», как подчеркивают экономисты, накапливается на протяжении поколений.
Автор - директор по прикладным исследованиям РЭШ
Андрей Пилипенко
Read the rest of this entry »
Откуда берется эта вера? Как определить свою способность? Источник один – родители! Так есть ли у нас шанс стать процветающей державой?!
Ирина Орбу, председатель правления общественной организации «Всегда твой выбор»
Хто цікавиться питаннями виходу влаштування власного майбутнього відміного від того, що нам готують нинішні політики ( не тільки в Україні) могли бачити, що по всьому світу у багатьох суспільствах обговорюється тема виходу із під контролю всесвітньої системи. Таке ви могли бачити наприклад у фільмі Zeitgeist.
Суспільство доходить до межі, коли розуміння безперспективності існуючої системи цінностей побудованної на поняттях “свій-чужий”, “моє-твоє”, “моя хата з краю - начхати мені на природу” вже оселяється в головах багатьох ініціативних людей. І відповідно інструменти “цього” світу (держави, уряди, війни, гроші, примус) намагаються замінити на інші з омріяного майбутнього (доброта, взаємодопомога, відсутність власності, загальний доступ до ресурсів, безпосереднє спілкування з природою тощо).
Це дуже близько до ідей комунізма, коли стандартна система цінностей замінюється і в обмін на матеріальні блага, що надаються в достатку та безкоштовно, людині пропонується творити. Я думаю саме зараз настає час, коли поступово крок за кроком це можна реалізувати.
Прикладами можуть служити як проект Венера Жака Фреско (http://www.thevenusproject.com) так і рух анастасівців (http://kedrovka.ru)
А тепер до України. Так склалося, що Україна отримала незалежність зовсім недавно. І, не дивлячись на більше ніж тисячорічний період існування держав на цій території, таки не спромоглась започаткувати надійний ідеолочічний фундамент для власного розвитку. Національної ідеї нема, орієнтирів нема, політика дуже низькоморальна. Якщо ми будемо будувати національну ідею на зразок тих держав, що зараз для багатьох є взірцем успішності (Європейські країни, Китай, Японія та ін), то все, чого ми зможемо досягнути, так це бути одним із тих, що плетуться за за лідерами. А як я вже показав час існування класичної моделі держави збігає. Глобальні катастрофи тільки пришвидшують цей процес (танення криги -> затоплення плідоносних низин + посухи -> масова міграція населення у безпечні місця/країни ->чисельні війни)
Я думаю, що ми можемо “перестрибнути” цей проміжок часу, як свого часу Київська Русь уникнула епоху рабовласного строю, якщо збудуємо державу на нових засадах. На базі нових ідей, що поширюються світом. І тоді ми вже будемо піонерами нової цивілізації.
На цей момент існує багато теорій майбутнього устрою. Але всім їм не вистачає завершеності у сенсі повноти описання як існуючу ту чи іншу галузь усніваня сіспільства перевести на новий лад. І якщо група ініциативних людей зможе створити завершений образ нового суспільства зі всіма можливими подробицями, то принаймі ті, хто хочуть жити в такому суспільстві будуть мати теоретичну модель, що вони хочуть отримати. І кожен для себе буде шукати як він це зробить.
Тобто коротко все описане вище можно охарктеризувати як ідея створення национальної ідеї як детального образу побудованого на нових засадах суспільства , що зараз поширюється світом. А за цим піде вже реалізація такого сіспільства в реальності. І побудуємо Нову Україну.
Володимир Лупацій, виконавчий директор ЦСД „Софія”
Владимир Чеповой, директор «Института изучения Украины»
Вадим Войтик
Дмитрий Цвирко-Годыцкий
